Великая Африканская (Китайская, Российская) Зеленая Стена: проблемы проектов преобразования природы

Талантизм: тезисы концепции
22.04.2019
Концентрация авторов научных публикаций: Казань в общефедеральном разрезе
29.04.2019

Одна из современных глобальных тенденций: внимание к грандиозному проекту посадки сотен миллионов деревьев в Сахеле (в переводе с арабского «граница») на южной границе пустыни Сахары с целью прекращения ее распространение дальше на юг по Африканскому континенту. Сахара по площади (9,2 млн кв. км) почти равна Китаю. 20 стран принимают участие в проекте, названном Великой Зеленой Стеной. «Стена» должна протянуться по территории 11 африканских стран Африки – от Сенегала до Джибути.

Текущее обсуждение не является новостью – впервые информация о проекте появилась еще в 2007 г. Новостью является то, что уже достигнуты значительные успехи в «строительстве» Стены. Сообщается, что в Сенегале уже посажены 11 млн деревьев, в Нигерии восстановлено через облесение 4,8 млн га сельскохозяйственных земель, в Эфиопии – 15 млн га. Строительство стены планируется закончить к 2030 г.

Африканские политики ссылаются на 30-летний успешный опыт проекта Великой Китайской Зеленой Стены. Китайская пресса полна героических историй о том, как возводится такая стена на границе с пустынями Внутренней Монголии. Проект начался в 1978 г. и будет завершен в 2042 г.

Если действительно подобные проекты так успешны, может ли в Российской Федерации быть реанимирован Великий Сталинский план преобразования природы 1948 г., предполагающий посадку 200 млн деревьев в Прикаспии, включая ближайшие к Татарстану территории, например, Оренбургскую степь, которая сейчас испытывает иссушение? В свое время проект закончился провалом – через 10 лет выжили только 2% посаженных деревьев. Но, возможно, в настоящее время есть новые эффективные технологии создания «зеленых стен» на границе с пустынями?

При ближайшем рассмотрении новость про Великую Африканскую Зеленую Стену оказалась из разряда фейковых.

Во-первых, Сахара никуда не двигается, а располагается там же, где и несколько миллионов лет назад. Когда в Сахеле, периферийной зоне Сахары, произошла затяжная засуха, длившаяся почти два десятилетия с 1968 по 1990 г., первой гипотезой было предположение, что именно Сахара двинулась на юг. В 1975 г. французский исследователь Лампрей при помощи архивных аэрофотоснимков и легкомоторного самолета определил, что Сахара продвинулась в некоторых местах на 100 км. Это было опровергнуто более тщательными дистанционными исследованиями. Сейчас ни один научный журнал не публикует статьи об экспансии Сахары. Но в популярных изданиях и даже в международных докладах такие утверждения до сих пор встречаются.

Во-вторых, с 1990-х гг. Сахель «позеленела». «Sahel greening» стало устойчивым обозначением наблюдаемого тренда повышения осадков в периферийной зоне Сахары. Многочисленные исследования (как со спутников, так и на местах) показывают, что «позеленение» происходит по всей площади Сахели, и это – процесс восстановления естественных экосистем после засухи 1968-1990 гг.

В-третьих, никто не сажает лесополосы шириной 15 км, как это задумывалось проектом в 2007 г. Вместо сплошных лесных полос на границе с Сахарой местные крестьяне сажают деревья около своих деревень. Делают они это на деньги мелких грантов от международных организаций и своих правительств. Многие деревни действительно добились положительных результатов, но это требует больших усилий, за каждым саженцем ведется практически индивидуальный уход, так как природные условия являются крайне неблагоприятными для древесной растительности. Наиболее распространенный способ посадки – выкапывание небольших ям, помещение в них саженцев и обильное удобрение их навозом, который способствует сохранению влаги и привлекает термитов, которые рыхлят почву. Приживаемость саженцев очень низка. По официальным данным, в Нигерии каждый год усилиями крестьян сажают 50 млн саженцев, из них 37,5 млн (75%) погибают в первые два месяца. Ни о какой промышленной (механизированной) посадке леса речи быть не может.

В-четвертых, китайский проект по лесоразведению, на который все ссылаются, имеет сомнительный эффект. Это один из главных политических проектов КНР («Лесные площади – это как ВВП, мера политических достижений»), и китайское правительство, по всей видимости, в любом случае доведет его до победного конца в 2042 г. Но какой ценой и что будет с Великой Китайской Зеленой Стеной после 2042 г.? Стоимость проекта – несколько миллиардов долларов в год. С конца 1970-х гг. выжило только 15% деревьев. В лучшем случае 2 из 5 посаженных деревьев выживут в течение первого года. Приходится пересаживать деревья каждые 3-4 года – только тогда площадь, покрытая древесной растительностью, будет увеличиваться согласно государственному плану. Успехи (очень относительные) в Китае достигнуты только в результате ручного самоотверженного труда миллионов крестьян, сажающих деревья и кустарники вокруг своих деревень. Китайские газеты не преувеличивают, когда называют их труд героическим, публикуя истории об отдельных героях, чтобы вдохновлять миллионы крестьян.  После 2042 г. природа возьмет свое с течением времени.

Проекты создания «пограничных» сплошных лесополос в засушливых условиях являются по сути обреченными из-за незначительных осадков. Кроме того, подобные периферийные зоны отличаются значительными колебаниями осадков, и будет достаточно одного лета без осадков, чтобы деревья погибли. А такая глубокая засуха очень вероятна хотя бы раз в 10 лет.

Описанные сюжеты подкрепляют главный вывод: любые масштабные проекты, связанные с преобразованием окружающей среды, должны учитывать естественные природные условия, характерные для территорий реализации подобных проектов.

Насколько серьезна проблема опустынивания для Татарстана? Вопрос актуальный, так как в целом возможно списывать деградацию сельскохозяйственных земель на опустынивание. Причем в республиканской прессе можно найти выступления экспертов с призывами немедленно начать бороться с опустыниванием, особенно в южных районах Татарстана. Однако, более объективные данные говорят об обратном. Международная Конвенция по опустыниванию рекомендует определять северную границу засушливых земель по так называемому коэффициенту Торнтвейта. Граница потенциального опустынивания проводится по значению коэффициента Торнтвейта, равному 0,65. Татарстан не попадает в этот проблемный ареал, граница которого проходит намного южнее, через Саратов (А.Н. Золотокрылин, Е.А. Черенкова, Институт географии РАН, 2009). Эта граница отделяет территории, где необходимо бороться с природным процессом опустынивания, от тех, где деградация земель является результатом их нерационального использования – с соответственно иными подходами к борьбе с подобными деструктивными процессами.

Под ред.: Н.М. Дронин